Белой акации гроздья душистые…

0

Опубликовано: 06-03-2013 | Автор: Таисия

Рубрики: Сочинительская | Метки:

Всем любителям романов Бориса Акунина посвящается…

(Подражание-пародия)

 Николас Фандорин, владелец консалтинговой компании «Страна советов», стоял у окна и прислушивался к фортепьянным аккордам, просачивающимся сквозь шум улицы. Звучал любимый романс Ники «Белой акации гроздья душистые». С тех пор, как Алтын Мамаева, жена Николаса А. Фандорина, бывшего подданного её величества и баронета, а ныне гражданина Российской Федерации, перестала брать уроки у знаменитого музыканта… Тут Ника поморщился, вспоминая, как лишился покоя, ревнуя красавицу-жену к лауреату всевозможных конкурсов…

Отошёл от окна и стал читать на мониторе ленту новостей. Новости были самые заурядные: «Открыт новый метод похудения. Учёные в шоке!», «Великая актриса опозорилась, обнажив…» и тому подобное. Ага, вот и стоящая новость: «Вчера в Конюшенном переулке Москвы найден труп старушки…» и фотография, запечатлевшая на переднем плане тощие старушечьи ноги в белых тапках. «Белой акации гроздья душистые», — промурлыкал под нос Ника, задумался.

В приёмной послышался голос секретарши, а затем глухой стук падающего тела. Фандорин поспешил в приёмную. Секретарша Валя улыбнулась раздутыми от коллагена губищами и объявила:
— Николай Александрович, к вам. Прикидывается дох… трупом.
В последнее время Валя работала над сменой имиджа, старалась изъясняться цивилизованно и вести себя, как леди, но давалось ей это непросто.
— О цели визита говорить не хотел.
Николас присел возле посетителя. Старик-китаец, жидкая косица, жёлтая сморщенная кожа и белые тапки, точь в точь, как на фото убитой старушки.
— Давай перенесём его в кабинет на диван, там ему будет удобней.
— Отойдите, шеф, я сама. — Валя ловко подхватила китайца на руки и уложила на кожаный диван в кабинете Ники.
После последней истории с психом, когда секретарша Фандорина участвовала в операции по обезвреживании опасного маньяка, нарядившись ниндзя, и получила сильнейшее сотрясение мозга, прошло около месяца. Валентина очень быстро восстановила свою прежнюю физическую форму и была гораздо сильней своего начальника.

Посетитель почувствовал, что уже не на полу, слегка приоткрыл один глаз и тут же закрыл. Валя тем временем читала в мониторе новости.
Старик зашевелился. Приоткрыл оба глаза, пошарил в кармане рукой. Извлёк из недр курительную трубку, понюхал и спрятал назад.
Прозвучал телефонный звонок:
— Эта-а-а… стлана дулакоф? — язвительно хихикнул. Послышались гудки. Посетитель из жёлтого вдруг стал почти белым, закатился один глаз, за ним другой. Перестал дышать.

— Вот что, Валюша, сделай-ка мне чайку покрепче, — скомандовал Ника.
— Лимона нет, ещё вчера скончался.
— Значит, без лимона, — Николасу надо было крепко подумать. У него в бумажнике есть фантастическая монета, фальшивый испанский дублон шестнадцатого века. Валя презентовала на День независимости. Она обожала делать шефу дорогие подарки.
Было в музейном экспонате что-то особенное. Когда требовалось сосредоточиться, Ника доставал монету, вертел в пальцах, гладил, и почти всегда помогало: получал подсказку, поворачивая мысль в нужном направлении.
В этот раз монета выскользнула из рук и закатилась под диван. Николас присел, достал монету, задев ногу старика. Свалился тапок. Обнажилась коричневая нога с почти чёрной ступнёй.
— Интересно, — Фандорин вертел в руках мягкий кожаный тапок, ища на нём клеймо производителя. Такового не было. Тапок был чист и бел, а между тем на улице была
грязь.
— Как же старик добрался сюда? Не на носилках же? — хмыкнул и снял второй тапок. — Как будто ходил босиком.
Бросил тапки в ящик стола, ощущая исходящий от них сладковатый запах. Акация, что ли? Закрыл ящик на ключ и вышел в приёмную.
— Валя, вызови полицию! У нас труп.

После отъезда полиции Николас Фандорин отправился домой. Путь был недальний — квартира находилась совсем рядом, в соседнем подъезде.
На столике в коридоре лежала записка от жены с просьбой забрать дочь Гелю из театрального кружка. Алтын — деловая женщина, шеф-редактор преуспевающего журнала, трудоголичка, возвращалась с работы не раньше девяти вечера.
В машине, подарке тёти Синтии, которая опасалась, что племянник в Москве окончательно оторвётся от своих английских корней, праворульном «ти-экс П», Геля была подозрительно молчалива. Фандорин ткнул наугад кнопку приёмника и услышал любимый романс «Белой акации гроздья душистые». Опять!
— Пап, — раздался сзади голос дочери — Это кто? — Геля протягивала ему фотографию. На ней красовался старый китаец, но приглядевшись, Ника не узнал в нём утреннего посетителя. Китаец был моложе и другой.
— Где ты нашла? — оторопел.
— Здесь на сидении лежала. Кто это?
— Хотел бы я это знать, доченька, — ответил Ника и выключил радио.

На следующее утро, зайдя в офис, Николас Фандорин не обнаружил на месте секретаршу. Это было странно. Секретарша у Фандорина была примечательная. Два года назад это был Валентин Глен, безнадёжно и навязчиво влюблённый в шефа. Затем, благодаря современной медицине, Валя изменил пол, надеясь, что сногсшибательная новая внешность покорит-таки шефа, совсем обнаглел и вёл осаду начальника в открытую. За мизерную зарплату обеспеченная Валя была незаменимой помощницей во всех делах, преданной и любящей до самозабвения. Приходилось терпеть.
Николас подошёл к столу в поисках записки и наткнулся взглядом на белый тапок под столом. Появилась бледно-зелёная Валя.
— Ты украла тапки из ящика. Зачем?
— Николай Александрович, простите! Вчера увидела рекламу: «В наших тапочках, сидя у телевизора всего один час, скинете один килограмм лишнего веса… «. У меня как раз один килограмм лишний наметился, — Валя виновато улыбнулась.
— У тебя же сорок второй размер обуви, а тапки от силы тридцать восьмой!
— Задник слегка примяла, извините. Тошнит с утра, может, беременна?
— Валя, совсем с ума сошла! Ты ещё и родить мечтаешь? Тапки в пакет заверни. Отвезу на экспертизу. Они отравлены. Станет хуже, вызывай скорую, я быстро.

Знакомый эксперт выдал заключение, что тапки были пропитаны неизвестным ему ядом азиатского происхождения.
«Вот так. Кому же было нужно таким изощрённым способом, травить наших девушек и женщин?! Этого я уже, к сожалению, не узнаю», — думал Ника, возвращаясь в офис и тревожась о здоровье глупой секретарши.
Последнее было излишним. Железное здоровья Вали само справилось с ядом.
— Шеф, а кто же убил старушку? — Валентина читала новости на мониторе — Полиция ничего не нашла. А что вы думаете? Ведь наверняка уже знаете, колитесь,- она кокетливо улыбалась, лёжа роскошной силиконовой грудью на Никином столе.
— Никто. У неё были больные ноги. А тапочки очень удобные. К тому же белые, — добавил Фандорин, услышав за окном знакомые звуки романса «Белой акации гроздья душистые».
Романс звучал минуту, а затем оборвался. Крупный дождь забарабанил по стеклу, заглушив музыку. Весна.

На следующий день Валентина появилась в офисе позже обычного.
— Николай Александрович, я, конечно, дура и всё такое, но всю ночь думала…
— Что за китаец был на фото? Кто же пропитывал ядом тапки? И зачем их надел посетитель, тоже хотел похудеть? — Ника улыбался — Я вот, представь себе, тоже думал.
— Ну, и… — Валя не скрывала нетерпения.
— Отвечаю. Китаец на фото был конкурентом нашего посетителя. Скупил большую партию тапок, пропитал ядом…
— Зачем? – глаза секретарши округлились.
— Затем. Некто в Китае хотел изучить полученный в лаборатории яд. Испытав на крысах, решил пойти дальше. А тут наша вездесущая реклама для похудения — золотое дно.
Старый китаец решил «вернуть лицо» своей продукции, разоблачив преступника. Но не успел. Коварный земляк подменил тапки, и мы не получили интересное дело для расследования. Жаль.

 

 

Написать комментарий

p class=